Всех волнует вопрос, произойдет ли на Украине после президентских выборов гражданская война? Ополчатся ли друг на друга Левобережье и Правобережье? Станет ли Днепр государственной границей двух Украин, одной той, что за Россию и другой той что, наоборот, против России? Что можно сказать по этому поводу? Войны не будет, если только Соединенные Штаты не плеснут щедрой рукой керосинчику в огонь. Сразу же возникают сомнения, а зачем им это нужно, у них и так полно проблем на мусульманском Востоке, кризис опять же, то се и многое другое? Прежде чем высказать свою точку зрения я вновь расскажу поучительную историю из моей армейской службы.

Итак, представьте себе – 80-е годы, Дальний Восток, зима, большой военный аэродром и множество сопутствующих ему объектов. Бомбохранилище, склады ГСМ, ремонтные мастерские, парк автомобилей, мощные котельные, склады с патронами для авиационных пулеметов. Все это разнообразие оберегают солдаты из роты охраны. Каждый день в караульное помещение, расположенное в 15 метрах от взлетной дорожки приходят 4 десятка солдат с автоматами Калашникова, с запасными рожками-магазинами и штык-ножами. Первую смену тут же отсылают на посты, вторую отправляют спать, а третью смену, так называемых на жаргоне «бодрачей», что является производным от слова бодрствовать, отправляют с пустыми здоровыми термосами в столовую за ужином. Все, караульные сутки начались и закончатся через 24 часа, следующим вечером. Завтра в 18 часов придут другие 40 парней из нашей роты, поменяют нас, мы уйдем, сутки проведем в гарнизоне, где нас будут припахивать на хозработах, и потом с облегчением явимся в «караулку», где никаких хозработ, слава богу, не бывает. Вот такой круговорот часовых в военной природе. Главное событие в жизни солдата-часового, опять же на армейском жаргоне носящего прозвище «курок» это, конечно же, ночь. Не права поговорка утверждающая – нам бы день отстоять, да ночь продержаться. Что такое день по сравнению с мраком? Сущие пустяки. День – ерунда, ночь – всему голова. Ночью окружающий мир изменяется радикальнейшим образом. Стыдно говорить затасканные, примитивно-романтические слова, но в темноте окружающая нас действительность приобретает абсолютно другие черты, бытие становится более интересным и таинственным. Мы были ночными хозяевами самого крупного аэродрома в Приморье и во тьме чего только с нами не происходило. Мало того что сама жизнь посылала нам всякого рода неожиданные испытания, так мы еще и сами себе умудрялись устраивать опасные приключения. О сумеречной жизни советских часовых можно написать если не книгу то, по крайней мере, брошюру. Но это дело будущего, а сейчас я поведаю об одном отдельно взятом случае, имеющем прямое отношение к предполагаемой украинской заварухе.

Когда мы заступали в караул, нами всякий раз командовал новый офицер, назначенный в эти сутки начкаром. Воинские звания начкаров варьировались от лейтенанта до капитана или от прапорщика до старшего прапорщика. В эти сутки мы должны были подчиняться пропитому и весьма немолодому прапорщику Шинкаренко, крайне колоритному субъекту, маленькому, кривоногому, обезьяноподобному, всегда готовому накатить на грудь, когда угодно и с кем угодно. Вечер пролетел быстро, и наступило самое тяжелое время – с 2 часов ночи до 6 часов утра. Как правило, начкары в эту 4-х часовку отрубались и смотрели сны. Не таков был энергичный пьяница Шинкаренко, он бродил по помещению, выходил во двор, смотрел за забор, мыкался человек и чего-то ждал. Терпеливо ждал и наконец-то дождался. Подъехала машина и привезла двоих проверяющих, майора Сундукова и старшего прапорщика Лаишницу. Удачное стечение обстоятельств, все трое были друзьями и постоянными собутыльниками. Соратники пожали друг другу руки, втроем забрались в машину, довольно долго там сидели, вышли хорошо датые, постояли, покурили, поболтали и пришли к выводу, что им всем срочно нужно ехать проверять посты. Машина умчалась, а через часа полтора троица вернулась в весьма жалком состоянии. Умываясь в караульном помещении, горе-проверяющие сморкались кровью, матерились, рассматривали в зеркало свежие царапины и синяки на физиономиях, пытались очистить шинели от снега и снова матерились. Они явно побывали в какой-то передряге. Но вот узнать бы в какой? Нас мучило любопытство. Проверяющие донельзя злые и смущенные уехали. Шинкаренко завалился спать, мы строили предположения. И тут в помещение стали приходить часовые, смененные на постах. Последним пришкандыбал рядовой Васильченко, могучий и высокий ростовчанин, что называется кровь с молоком. Поставив автомат в пирамиду, он обернулся к нам и все увидели фингал под глазом. Когда он уходил на пост, ничего на лице у него не было. Васильченко не стал нас томить и, отведя подальше от спящего прапора, давясь от смеха, поведал следующую историю. В эту ночь наглый ростовчанин решил дерзко нарушить Устав караульной и гарнизонной службы. Не смотря на февраль ночь, выдалась теплая, завернувшись в тулуп Васильченко, уселся прямо на снег и прислонившись к колесу самолета сладко кемарил. Сон сморил богатыря, он даже не слышал звука подъехавшей машины. Поддатая троица, выскочив из кабины, увидела спящего. Решение родилось мгновенно и само собой, охмелевшие дураки не сговариваясь, стали подкрадываться к нарушителю дисциплины, с целью украсть у него автомат, а потом когда он проснется и, не обнаружив АКМ, в ужасе прибежит в «караулку», вручить растяпе оружие с соответствующими комментариями. Кстати говоря, все это строго настрого запрещено. Спящего рекомендуется разбудить, но касаться его оружия ни в коем случае нельзя. Троица медленно кралась, стараясь не шуметь и громко не хихикать. Когда до Васильченко оставалось метра 2, к ужасу всей компании он что-то почуял и открыл глаза. Майор и прапорщики дико перетрусили. Человек со сна может устроить все что угодно. Всем троим, были известны случаи, когда внезапно разбуженный часовой открывал пальбу с последующими крайне нехорошими последствиями. Заорав от страха, все трое кинулись к сидящему на снегу рядовому, стремясь перехватить автомат, прежде чем он успеет его поднять. Веселый и разбитной Васильченко рассказывая нам эту историю, утверждал, что и мысли у него такой не было в кого-либо палить. Как бы там ни было, он своими заспанными глазами увидел только одно, на него кинулись три темные фигуры. Кто да что неизвестно. Все трое вцепились в автомат и стали выкручивать из рук. Потомок донских казаков левой рукой держал оружие, а правой изо всех сил лупил злоумышленников по рожам, а кулак у него надо сказать не маленький. Потом все четверо катались по снегу. Васильченко бился как гладиатор, орудовал головой, ногами, прикладом. В свалке ему тоже приложили. Кончилось все тем, что вскочив на ноги наш товарищ, наконец, рассмотрел, с кем имеет дело. Драка закончилась, протрезвевшие и потерявшие шапки прапорщики и майор, сидя на задницах, крыли Васильченко по матери. Но ему и горя мало, он вышел победителем и «Калаша» не отдал. Понимая, что они кругом виноваты, нападавшие сказали, что никому не скажут о его проступке и потребовали, что бы ростовчанин тоже молчал о нелепой битве возле самолетного шасси. Нам участник ночной баталии, конечно же, рассказал все, сразу и без утайки. Ну а командиру роты и замполиту впоследствии наврал, что подрался с неизвестным солдатом возле столовой. Гарнизон у нас был большой, одних солдат 2 тысячи, всех и не запомнишь, так что вранье проскочило. Вот такая история. А Шинкаренко долго еще разгуливал сразу с двумя заплывшими глазами, что конкретно он врал своему начальству мы так и не узнали.

А теперь вернемся к Америке. США в силу своего мирового лидерства обязаны повсюду совать нос и везде наводить порядок, так как они его себе представляют. Выборы украинского президента их обязательно привлекут. Человек становится неадекватным, употребив алкогольную дозу, государства дуреют, когда приходят экономические кризисы, пусть даже такие вялотекущие, как нынешний. На Украине США и Россия могут просто напросто, вспомнив былое, перепугаться друг друга и затеять потасовку чужими руками. Американцы от большого ума плеснут керосина, мы ответим и понеслось. Ядерные державы напрямую не сцепятся, но поддерживать в вооруженном конфликте будут каждая своих союзников. Нет никаких доказательств, что война будет, но нет так же и никаких аргументов, что ее не будет. Быть готовыми нужно ко всему. Эффект рядового Васильченко и прапорщика Шинкаренко может сработать и на уровне геополитики. Кризис и алкоголь близнецы братья.